Адресована пенсионерам, ветеранам, инвалидам, многодетным семьям и другим категориям населения, нуждающимся в правовом просвещении и социальной защите











Меню сайта

Информация

Темы
Передовица
Факты. События. Комментарии
Новые законы, постановления, указы
Правовое просвещение
Пенсионная реформа
При ближайшем рассмотрении
История страны
Острая тема
Социальная защита
Вопрос-ответ
Консультирует юрист
О ветеранах войны
Инвалид и общество
Инвалидный спорт
Интересные люди
Общественные организации
Газета-Читатель-Газета
Советы психолога
Домашняя академия
В центре
Ваше здоровье

Закладки

Приветствую Вас, Гость · RSS 16.04.2024, 07:47

Главная » 2011 » Май » 6 » Мне было 17 лет
22:26
Мне было 17 лет
22 августа 1942 года, когда Николая Чичкина призвали в армию, ему было 17 лет
Нас, человек 100, отправили пароходом  в  Казань. Потом мы  ехали на поезде до станции  Сурок. Здесь  было  четыре учебных полка, в которых обучали  солдат, а потом отправляли  на  фронт.
 Я попал на Южный фронт. Нас, 1600  солдат, посадили  на  поезд  и  повезли в Воронежскую  область.  А  там  уже  были  следы  от  бомбежек  немецких  самолетов. Нас  высадили из поезда и пешком отправили в лес. Мы шли 5  дней, пока  не  дошли   до  деревни  Истребка.
Я воевал в 13-й дивизии, 39-м  полку в 1-й батарее. Командиром  батареи  был  Исаков, участник  Сталинградской  битвы, который  чудом  выжил. Он рассказывал, что 12  дней  лежал  в  болоте, так  как  не было другого места, и  вся  кожа у него была поражена. Командир роты Сафронов  тоже  воевал  под  Сталинградом. Оба эти командира были очень  опытными  офицерами.
С Урала привезли  около  100  сержантов, и нас стали обучать, готовить к фронту. Вскоре мы отправились маршем,  шли  только  ночью, в  направлении  Курской дуги и через  4  дня  оказались на высоте под городом  Старый  Оскол и заняли там оборону. Но, видимо, очень  трудными  были  все  эти  переходы и подготовка, и мой организм не выдержал: отказала нога, заболела печень. Меня отправили  в  госпиталь  в  Старом Осколе. Это  был  июнь 1943  года.
Тут начались постоянные бомбежки.  Раненые, кто  мог,  убегали  из госпиталя за 500 м к замаскированным  палаткам. Потом  меня  перевели  в  другой  госпиталь, где я пролежал еще три недели.  Врачи  еще  хотели  меня  подержать  в госпитале, но я отказался и попросился на фронт. Меня  отправили  на  пересыльный пункт. Это  была середина  августа.
Нас, меня  и  других  солдат,  подняли в 12 часов ночи и приказали явиться в штаб полка. Посадили в машины и в 5 км от фронта  выдали  оружие: автоматы, 2 ручных пулемета. Приехали мы  на  передовую. Это  был  290-й полк,  который  воевал  на  Харьковском  направлении. Место было  открытое, а  лопат не было, но окапываться-то надо было. У меня  в вещмешке была пустая консервная  банка, я  заострил края  и  этой  банкой убирал землю. 
В   7 часов  утра  появились  два  немецких  танка. От  моего  окопа  танк  был  в   30 метрах. В бою  меня  оглушило  на  левое ухо, но  я  оставался  в строю, огонь  противника  не  давал  высунуться.  Вскоре танки ушли. Ко мне в окоп  пришел  связной и вдруг в 200 метрах  от  нас солдат подняли в атаку, я и говорю связному, что сейчас нас тоже поднимут. А связной  отвечает, что  нас  не  поднимут, так как  те солдаты  были  из штрафного батальона. Успеха  от атаки никто не ждал. Немцы  открыли   ураганный  огонь, и   для  этого  батальона  это был последний бой.
10 сентября  немцы  отступили.  Наша 1-я  рота из 130 бойцов  тронулась  в путь, а  дорога, по  которой  мы  должны  были идти, была  заминирована  немцами.  Наш  новый  ротный об этом ничего не знал. Вперед пустили две  повозки  со  снарядами, сзади  шла  пехота. Обе   повозки взорвались,  и обоих, кто правил ими, убило.  Стали  искать другую  дорогу.
Командир роты назначил меня  подносчиком  к станковому пулемету, дал  два магазина патрон,  две  ленты. Прошли три километра и не заметили, что противник  занял  новую позицию. Он осветил  нас  ракетами  и обстрелял трассирующими пулями. Но вскоре  прекратил  огонь, и мы  ночью  стали  копать  окопы, чтобы  замаскироваться. Командир расчета  приказал мне вырыть ров метром  в  длину  и полметра в ширину  и сказал, что  сам придет ко мне. Однако  пришел  автоматчик, который  не  захотел  сам  окапываться.
В 4 утра немцы пошли на нас в атаку на бронемашинах и танках. Они вклинились в нашу оборону и за полчаса почти всех перебили. Автоматчик из моего окопа  поднялся, и пулеметная очередь  пробила ему голову - он свалился прямо мне на колени. Меня  самого  ранило  в  руку. И  в то  время, как я начал перевязывать  автоматчика, к окопу подошел  немец,  позвал  меня  «Рус!»  и повел к бронемашине.
В плен взяли 18 солдат. Нас  посадили в машины и увезли на Полтаву. Из Полтавы повезли дальше. Ехали  9  суток  без еды и питья. На станциях спускали  из  окошка на обмотках  котелки, и ребятишки  нам  приносили  воду.  15 декабря  мы оказались в  Польше  в концлагере.  22  января  1945  года  наши  войска нас освободили. Я еще воевал в Польше, Восточной Германии и вернулся  домой  только 28 ноября  1945  года.
В  деревне  я  сегодня единственный ветеран. Мне  построили  кирпичный  дом. Сейчас  моя супруга сильно болеет, и по дому мне все приходится делать самому. У меня 44 года рабочего стажа. Только  в животноводстве я  проработал  38 лет. 
Я перенес три операции - война дает о себе знать. Она никогда  не  выходит  у  меня  из головы, и я часто вспоминаю военные  дороги,  по  которым  мне  пришлось  пройти.
Николай ЧИЧКИН. Рыбно-Слободский р-он
Категория: О ветеранах войны | Просмотров: 1323 | Добавил: Riddick | Рейтинг: 0.0/0
Газета Выбор © 2024
Яндекс.Метрика